За холмы, где паляща хлябь Дым, пепел, пламень, смерть рыгает, За Т..
В день своего появления на свет он уже, что называется, вышел в тираж. Есть страны, где люди доживают до глубокой старости: в Нейи-сюр-Сен стариками рождаются...
Аграфена, насупясь, суетилась по хозяйству. У ней горе выражалось по-своему. Она в тот день с ..
Чернышевский создавал свой роман “Что делать?” в эпоху подъема революционного движения в России. Герой романа Рахметов, как никто другой, подходил для революционной деятельности. Рахметов отличается жесткостью, аскетизмом, железной волей, ненавистью к народным угнетателям. Недаром вождь большевиков В. И. Ленин ставил этого литературного героя в пример своим соратникам, говоря, что только с такими людьми возможен революционный переворот в России. Что же это за особенный человек, привлекающий и в наши дни внимание тех, кто жаждет социальных потрясений ради общего блага? По происхождению Рахметов — дворянин. Его отец был очень богатым человеком. Но привольная жизнь не удержала Рахметова в имении отца. Он уехал из провинции и поступил на естественный факультет в Петербурге. Без труда Рахметов сблизился в столице с прогрессивно мыслящими людьми. Случай свел его с Кирсановым, от которого он узнал много нового и передового в политическом отношении. Он стал запоем читать книги. Создается впечатление, что он отмерил себе временной отрезок и точно в него уложился. Уже через полгода Рахметов отложил книги и сказал: "Теперь чтение стало для меня делом второстепенным; я с этой стороны готов для жизни" . В этих словах героя можно разглядеть нечто выходящее за рамки нормально развивающегося человека. Рахметов начал приучать свою физическую сущность подчиняться духовной, то есть стал приказывать сам себе и эти приказы выполнять точно и в срок. Далее он стал закалять организм. Брался за самую тяжелую работу. Был даже бурлаком. Все это он проделывал, готовясь к великим революционным делам. Ему блестяще удалось создать себя мощным физически и твердым духовно человеком. Рахметов фанатично следовал выбранным раз и навсегда путем. Он ел только то, что ели простые люди, хотя имел возможность питаться лучше. Объяснял он это просто: "Так нужно — это дает уважение и любовь простых людей. Это полезно, может пригодиться". Видимо, чтобы подчеркнуть его крайнюю революционность, Чернышевский принудил своего героя отказаться и от личного человеческого счастья ради идеалов революционной борьбы. Рахметов отказался от женитьбы на богатой молодой вдове. Объяснил он это так: "Я должен подавить в себе любовь; любовь к вам связала бы мне руки, они и так не скоро развяжутся у меня — уже связаны". Писатель-демократ, Чернышевский в образе Рахметова изобразил революционного вождя, особенного человека. О таких людях автор писал: "Это цвет лучших людей, это двигатели двигателей, это соль соли земли". Но время показало несостоятельность большевистских идей. И теперь мне ясно, почему вожди Октябрьского переворота избрали Рахметова своим идеалом. Они развивали те рахметовские качества, с которыми им было удобно совершать жестокие дела: не жалели себя, а тем более других, исполняли приказы с леденящей бездумной четкостью железного двигателя, относились к инакомыслящим, как сверхчеловеки к недочеловекам. В результате Россия была залита кровью, а мир был потрясен жестокостью революционных действий. Наше общество вновь на пути к цивилизованному будущему. И лично я мечтаю о том, чтобы в этом нашем будущем было поменьше "особенных" людей, а побольше обычных: добрых, улыбчивых, живущих своей жизнью. Я хочу, чтобы такое будущее стало действительностью.
Тем временем:
... В кипевшем кругом
шуме звук удара прозвенел отчетливо и страшно, и в ноздри ударил острый
запах металла. Широкий клинок, ослепительно блеснувший на солнце, оказался
прямо над головой Хэ Сяо-эра и описал широкий круг... И в тот же миг
что-то невыразимо холодное с глухим звуком впилось ему в шею.
Лошадь со стонущим от боли Хэ Сяо-эром на спине бешено неслась вскачь
по полям гаоляна. Гаолян рос густо, и полям его, казалось, нет конца.
Голоса людей, лошадиное ржание, лязг скрещивающихся шашек - все уже
затихло. Осеннее солнце в Ляо-дуне сияло так же, как в Японии.
Хэ Сяо-эр, как это уже упоминалось, покачивался на спине лошади и
стонал от боли. Но звук, пробивавшийся сквозь стиснутые зубы, был не
просто крик боли. В нем выражалось более сложное ощущение: Хэ Сяо-эр
страдал не только от физической муки. Он плакал от душевной муки - от
головокружительного потрясения, в основе которого лежал страх смерти.
Ему было нестерпимо горько расставаться с этим светом. Кроме того, он
чувствовал злобу ко всем людям и событиям, разлучавшим его с этим светом.
Кроме того, он негодовал на себя самого, вынужденного расстаться с этим
светом. Кроме того... Все эти разнообразные чувства, набегая одно на
другое, возникая одно за другим, бесконечно мучили его. И по мере того,
как набегали эти чувства, он пытался то крикнуть: "Умираю, умираю!" - то
произнести имя отца или матери, то выругать японских солдат. Но, к
несчастью, звуки, срывавшиеся у него с языка, немедленно превращались в
бессмысленные хриплые стоны - настолько раненый ослабел.
"Нет человека несчастней меня! Таким молодым пойти на войну и быть
убитым, как собака. Прежде всего ненавижу японца, который меня убил. Потом
ненавижу начальника взвода, пославшего меня в разведку. Наконец, ненавижу
и Японию и Китай, которые затеяли эту войну. Нет, ненавижу не только их.
Все, кто хоть немного причастен к событиям, сделавшим из меня солдата, все
они для меня все равно что враги. Из-за них, из-за всех этих людей я
вот-вот уйду из мира, в котором мне столько еще хотелось сделать...
