When they come back their talk is rather more animated. One of their topics is always brass-banding, for they are both instrumentalists; bu..
Вы горите, сами и воображаете, что они сияют. - Тут есть много истины, капитан, но между много и все - целое море. Я не говорю о кавказских татарках, ..
ньких и разных пестреньких бумажек тоже весьма приветливо и одобрительно глянула на господина Голядкина: с просиявшим лицом положил он перед собою на стол раскрытый ..
Роль снов Веры Павловны в раскрытии замысла автора
Николай Гаврилович Чернышевский — создатель произведения особого жанра — художественно-публицистического романа “Что делать?”. В нем писатель постарался ответить на вечные вопросы русской литературы. Раскрытию замысла писателя способствуют сны героини — Веры Павловны, так как роман из-за цензурных соображений написан в иносказательной форме. Писатель в многочисленных публицистических отступлениях объясняет свои взгляды на окружающих, роль литературы в формировании общественного мнения. Чернышевский своей деятельностью старался приблизить построение справедливого, разумного строя, в условиях которого бы каждый человек мог развивать свои способности, работая на себя и на государство. Не вина писателя, что на протяжении веков многие стремились к этой утопии. Николай Гаврилович дает конкретные рецепты: что необходимо делать, чтобы стать счастливым и богатым, построить ту общественную формацию, которая была бы универсально приемлемой для всех. В снах героини автор показывает путь мыслящей девушки к вершинам профессионализма. Надо учесть, что роман писался в то время, когда в России не было системы женского образования. Женщинам отводилась второстепенная роль: хранительниц очага, воспитательниц детей, которым дано будет жить в новом мире, но матери, жены, сестры и дочери не могли рассчитывать на более широкий круг общественной деятельности. Лишь “крохи с барского стола” могла поднять женщина. Герои Чернышевского — новые люди. Они по-иному смотрят на женщину и ее роль в общественной жизни. Не случайно Лопухов предоставляет Вере Павловне полную свободу после замужества. Он “выпустил ее из подвала” жизни, теперь она вправе сама выбирать свой путь. Она становится создательницей женской артельной мастерской. Но вскоре Вера Павловна понимает, что это не то дело, которому бы она хотела посвятить жизнь. Дела в швейной мастерской налажены, она дает стабильный доход и хозяевам и работницам, участвующим в доле прибылей, а Вера Павловна становится ассистенткой своего второго мужа — врача Кирсанова. Это ли не свободный выбор женщины?! В снах Веры Павловны писатель объясняет или предсказывает то, что последует потом в жизни героев или России в целом. Четвертый сон Веры Павловны — это утопическое видение Чернышевским будущего справедливого общественного устройства страны. Своего рода это классическое описание коммунистического устройства страны, к которому впоследствии шла Россия на протяжении ряда лет. Не вина писателя, что мечтам и планам его не дано было сбыться. Художник имеет право на вымысел, а Чернышевский завоевал это право той подвижнической деятельностью и жизнью, которую положил на алтарь прекрасного будущего. Сейчас, с высоты XXI века, легко давать оценки, судить прошлое и предков, тем более, что оппоненты не могут ответить. Их легко обвинить во всех грехах, даже своих собственных. Но история хранит неопровержимые доказательства, что свою деятельность Чернышевский подчинял не корысти, собственническим интересам, карьере, будущей славе, а высокому служению России. Он не столько великий писатель, сколько самоотверженный и честный человек, сумевший прожить в ладу с собой, а это очень не просто и заслуживает уважения потомков.
Тем временем:
... У Софи сегодня урок музыки. Но я всегда считала Стюарта и Оливера противоположными полюсами чего-то... взросления пожалуй. Стюарт думал, что повзрослеть значит занять свое место, подмаслить других, стать членом общества. У Оливера такой проблемы не было, он всегда был более уверен в себе. Как это слово - растение, которое все время поворачивается к солнцу? Гелио чего-то там. Вот это о Стюарте. Тогда как Оливер...
Оливер: ... сам le roi soleil", так? Лучший супружеский комплимент, услышанный мной за последнее время. Как меня только ни называли в этом подлунном мире, имя которому жизнь, но король-солнце - это что-то новенькое. Феб. Фе-Фи-Фе-Фамбус.
Джиллиан: ...тропный. Гелиотропный, именно так.
Оливер: Заметили эту перемену в Джиллиан? То, как она делит людей по категориям. Может всему виной ее французская кровь? Она наполовину француженка, помните? Наполовину француженка по материнской линии. Хотя по логике вещей это должно означать француженка на четверть, разве нет? Однако, как справедливо отмечают все великие моралисты и философы, какое отношение имеет логика к жизни? А вот если бы Стюарт был наполовину французом, в 1962-м он бы насвистывал Джонни Халлидей, Let`s twist again, галльскую версию. Каково вам? По-моему остроумно. А вот еще - Халлидей был наполовину бельгиец. По отцовской линии.
Стюарт: В 1962-м мне было четыре года. Так, для протокола.
Джиллиан: Вообще-то я не думаю, что делю людей по категориям. Просто если в мире и есть пара людей, которых я понимаю, так это Стюарт и Оливер. В конце концов я была замужем за обоими.
Стюарт: Логика. Кажется кто-то тут говорил о логике? Вот вам логика: вы уезжаете, а люди считают, что вы ничуть не изменились. Вот самая безобразная логика, какую только можно найти.
Оливер: Только не поймите мои рассуждения о les belges" превратно. Когда какой-нибудь чванливый обеденный патриотишка выпрастает себя из-за стола и обратится к остальным: "Назовите мне шесть знаменитых бельгийцев", я первый, кто откликнется...
