Роман Н. Г. Чернышевского «Что делать?» о человеческих отношениях
Первое прочтение романа Н. Г. Чернышевского вызовет у современного молодого человека, скорее всего, усмешку. В самом деле, странными кажутся отношения, принятые в семье Лопухова и Веры Павловны. В доме существуют нейтральные и ненейтральные комнаты, и в ненейтральные комнаты ни муж, ни жена не могут войти без стука. Да и вообще, вежливость супругов по отношению друг к другу балансирует на грани неестественности, а очень часто и переходит эту грань. Ну а то, что Лопухов и Вера Павловна постоянно называют друг друга “миленький” и “миленькая”, и вовсе заставляет думать о полной неестественности их отношений. Первое, что заставляет иначе увидеть суть отношений между этими людьми и заподозрить себя самого в непроницательности, — это то, что Лопухов оставляет медицинскую Академию за два месяца да окончания, чтобы, женившись, избавить Верочку Розальскую от гнета в родительском доме. И это тот Лопухов, который разумно и рационально утверждает, что поступками его всегда руководит выгода! Что же понимает этот человек под словом “выгода”, если он способен на поступки, явно нелогичные именно с точки зрения житейского удобства? Эта мысль позволяет увидеть отношения между собою “новых людей” — ас их-то помощью Чернышевский и представляет человеческие отношения в романе — другим взглядом... Начинаешь понимать, что студент Лопухов, оставляя Академию, действительно поступает в соответствии со своей выгодой. Все дело в том, что подобные дела выгодны доброму и порядочному человеку. А ведь именно о Дмитрии Лопухове Чернышевский пишет: “У этих людей, как Лопухов, есть магические слова, привлекающие к ним всякое огорченное, обижаемое существо”. Нетрудно догадаться, что “магические слова” являются выражением высоких свойств человеческой души. Чернышевский уверен, что по-настоящему творит добро тот, кто не любуется в это время собой. Эта характеристика как нельзя лучше подходит к личности Лопухова. Для Лопухова человеческие отношения — не торг по принципу: “Ты — мне, я — тебе”, — а эстафета: “Ты — мне, я — другим”. Не случайно Верочка, не испытывая любви к Лопухову, дружески общаясь с ним, сразу воспринимает этот нравственный принцип. Ее первый сон, в котором она освобождает людей из подвала, как раз и свидетельствует об этом. Стоит почувствовать этот главный, в самой сути заложенный принцип человеческих отношений, исповедуемый главными героями, как начинаешь думать: а может быть, не так и важно, каким образом они устраивают свой семейный быт? Конкретные приметы быта меняются в зависимости от времени, а главное остается неизменным... Для современного человека важно понять то главное, что определяет отношения “новых людей” в романе “Что делать?”. В полной мере отношения между людьми раскрываются, когда на сцене появляется Александр Кирсанов. Во многом он похож на Лопухова. Оба они, по словам автора, грудью, без связей, без знакомств прокладывали себе дорогу. Оба приложили немало сил для того, чтобы реализовать свои способности. И когда в отношениях Кирсанова, Лопухова и Веры Павловны сложился неразрешимый “любовный треугольник”, оба повели себя достойно в тяжелейшей ситуации. Кирсанов долго пытался отказаться от всяких отношений с женой своего друга. Но чувство оказывается сильнее логических построений, и герои романа “Что делать?” не были бы самими собой, если бы строили свою жизнь только по законам логики, игнорируя чувства. Но существуют еще условия повседневной жизни, и каждый сам решает, как соотнести с ними свои чувства. Кирсанов и Вера Павловна не могут соединить свои жизни, не пройдя перед этим через унизительную для всех процедуру развода. Понимая это, Лопухов предпринимает единственный возможный шаг: решает уйти со сцены. Он делает это, подчиняясь велениям той самой “выгоды”, которая определяет для него человеческие отношения вообще и собственные поступки в частности. А по этой выгоде, если стремиться к преобразованию жизни, мечтать о будущем, в котором люди будут гармоничны и духовно свободны, то и сегодня нужно быть не только образованным, трудолюбивым и честным, но и счастливым, полагаясь в этом не столько на судьбу, сколько на себя. Возможно, кто-то посчитает, что Лопухов поступил неверно, кто-то одобрит его поступок — это уже зависит от кодекса чести каждого из нас. Лопухов повел себя так, как нашел нужным: инсценировал самоубийство и дал возможность Вере Павловне и Кирсанову быть вместе. Он уезжает за границу и возвращается в Петербург только тогда, когда былое чувство прошло. Но самое главное заключается в том, что человеческие отношения, построенные на такой нравственной основе, не кажутся Чернышевскому чем-то из ряда вон выходящим. Он прямо пишет об этом в романе: “Я держу пари, что до последних отделов этой главы Вера Павловна, Кирсанов, Лопухов казались большинству публики героями, лицами высшей натуры... Нет, друзья мои, <...> не они стоят слишком высоко, а вы стоите слишком низко... На той высоте, на которой они стоят, должны стоять, могут стоять все люди”. Здесь высказан главный урок, данный героями романа “Что делать?”. Меняются политические системы, меняются жизненные устремления людей, а нравственные принципы человеческих отношений остаются неизменными во все времена. Можно быть благодарным писателю, который напоминает об этом.
Тем временем:
... Все они подобны мышам на корабле, открывшим страшную течь и пророчившим гибель всему кораблю. "Помилуйте, страшная течь, - вода мне до самого рыла дошла", - уверяет всех подруг своих крыса, пользующаяся авторитетом и партия мышей решается заблаговременно спасаться вплавь и бросается в море, чтобы показать свой героизм и дальновидную предусмотрительность... Туда им и дорога, конечно.
История дальновидных мышей несколько раз повторялась в русской литературе, только в обратную сторону. Наши писатели никогда не доходили до того, чтобы броситься в море, проповедуя гибель кораблю (на то они люди, а не мыши); совершенно напротив: во время опасного плавания в открытом море они, увидав на волнах щепочку, брошенную с их корабля, не раз поднимали радостный вопль, что берег близко... Кто раньше подымал этот крик, тот и привлекал к себе общее благодарное внимание; кто прибавлял тут же полезные советы, как избавиться прибрежных мелей и подводных камней, - на того смотрели с благоговением, а кто наставлял плавателей, как им воспользоваться всем, что найдут на предполагаемом берегу, тот мгновенно приобретал себе титло гения и великого человека.
На нашу долю ни разу, кажется, не выпало подобного удовольствия и чести, и вследствие того мы подверглись многим нареканиям... В самом деле, для многих должен был показаться странным холодный и насмешливый тон, обращенный на те предметы, которые в большинстве возбуждают неистовый восторг и благоговейное поклонение. Уже несколько лет все наши журналы и газеты трубят, что мгновенно, как бы по мановению волшебства, Россия вскочила со сна и во всю мочь понеслась по дороге прогресса, так, что ее теперь даже с собаками не догонишь... Несколько лет уже каждая статейка, претендующая на современное значение, непременно начинается у нас словами: "В настоящее время, когда поднято столько общественных вопросов" 5 и т. д., следует изложение вопросов. Несколько лет уже русская литература льстила обществу, уверяя, что в нем теперь пробудилось самосознание, раскаяние в своих пороках, стремление к совершенствованию; а русское общество похваливало литературу за то, что она так старается вызолотить горькие пилюли, которые наконец заставила его принимать прошедшая его жизнь...
